История духовных связей между болгарским и русским народами является уникальным примером многовекового и и плодотворного взаимного обогащения. В большой степени именно благодаря этим связям в тяжелые периоды истории обоих народов уцелел их “духовный щит”, сохраняя само существование русских и болгар. Этот щит – святая православная вера.
Как в сообщающихся сосудах от одного народа к другому передавались идеи, религиозный опыт, духовная литература, достижения культуры и искусства.
За век до крещения Руси христианство уже было распространено в Болгарии. В 863 году болгарский царь Борис І вместе со всем двором принял святое крещение и государственным указом объявил христианство единственной религией, а христианские законы – обязательными для всех своих подданных. В то время христианство могло исповедоваться только на трех “священных” языках – еврейском, греческом и латинском. Благодаря созданной святыми братьями Кириллом и Мефодием славянской письменности, которая была признана канонической и Константинополем, и Римом, славянство получило возможность присоединиться к вере Христовой и внимать Слову Божию на своем родном языке. Хотя в середине ІХ века не существовало общеславянского языка, все же лексикальные и грамматические различия между национальными языками славянских народов не были очень большими и поэтому староболгарский язык был понятен всем.
Историческая заслуга спасения, развития и распространения дела святых Славянских первоучителей на Балканах и в Восточной Европе принадлежит Болгарии. Именно здесь – в болгарских монастырях, просветительских центрах и школах, самыми большими из которых были Охрид и Плиска, обучались священнослужители и развивали свою деятельность литераторы и переводчики, которые не только перевели с греческого наиболее важные памятники богослужебной, канонической и святоотеческой литературы, но и создали яркие образцы оригинальных литературных произведений, значение которых выходило далеко за пределы Болгарского государства. Это ученики Кирилла и Мефодия – Климент и Наум Охридские, Иоанн Экзарх, Контантин Преславский, Черноризец Храбрый и другие. Благодаря болгарским монахам-миссионерам болгарская переводная и оригинальная литература достигла России, где ее переписывали и распространяли. Первое место, конечно, принадлежало Библии. 50 ветхозаветных и 27 новозаветных книг были переведены еще в середине ІХ века Мефодием, а затем еще раз презвитером Козьмой в Преславе. Огромную часть литературы в то время составляли четыре Евангелия и Псалтырь, который был самым распространенным и обязательным для каждого христианина произведением. Активно переводились труды святых отцов. Таким образом на момент принятия христианства на Руси в 988 году весь комплекс богослужебных книг существовал на понятном для русского народа языке.
Приобщение Руси к сокровищнице византийской культуры с присущими ей религиозными, эстетическими и философскими представлениями осуществлялось при посредничестве Болгарии. В ІХ-Х веках все еще нельзя говорить о взаимном влиянии, а о распространении перенесенных из Болгарии на русскую почву целых культурных пластов, которые постепенно наполнялись здесь новым содержанием и приобретали местные черты.
Болгарская литература не только стала органической частью русской литературы, ее фундаментом, но и дала России богослужебный, церковный язык, который, соединившись с ежедневным древнерусским, стал основой руского литературного языка.
Из Болгарии в Киевскую Русь привозились богослужебные книги, приезжали священники, проповедовавшие Слово Божие на славянском языке. Так, в Иоакимовской летописи сообщается, что по просьбе князя Владимира болгарский царь “послал ученых иереев и довольно книг”, среди посланных в Россию были “четыре епископа и много иереев, дьяконов и певцов из славян”. Русское церковное пение берет начало с болгарского, византийского по происхождению, но уже переработанного под влиянием староболгарского языка и болгарских мелодий. Основой внутрицерковного управления стал болгарский перевод Номоканона и списков Кормчей книги (во второй половине ХІІІ века Владимирский митрополит Кирилл переписал весь Номоканон из Болгарии и отметил, что до той поры церковные правила были “омрачены облаками от мудрости эллинского языка, но сейчас открылись, истолкованы были и благодатью Божией ясно сияют, изгоняя тьму незнания”).
Болгарское духовенство сыграло огромную роль в христианизации русского народа и в создании Русской церкви. Символом торжества дела Славянских первоучителей на русской земле стал построенный княгиней Ольгой храм Святой Софии в Киеве, который неслучайно был освящен 11 мая – в день, когда Церковь чтит память равноапостольных Кирилла и Мефодия.
Из Болгарии в Россию приезжали не только многочисленные представители духовенства, но и переводчики, ”книжные люди”, мастера зодчества, живописи и ремесел. Их приток особенно увеличился после падения Первого Болгарского царства под ударами Византии в 1018 году. Болгарская церковь была лишена Патриархии и низведена до Архиепископии, подчиненной византийскому Патриарху, а болгарское духовенство заменялось греческим.
Начиная со времени Ярослава Мудрого, ревнителя христианского благочестия и страстного книгочея, на Руси все чаще звучало самородное русское слово. Появлялись оригинальные литературные произведения, зрелые и глубокие по содержанию – “Слово о законе и благодати” митрополита Иллариона (1037 г.), “Повесть переходных лет” Нестора (1113 г.) и т.д. Начался процесс взаимного влияния обеих литератур.
В конце Х века болгарские и русские духовники начали строить свои монастыри на Святой Горе. Они вместе переводили и создавали богослужебные книги, которые затем распространялись в России и Болгарии. Общими центрами славянского общения были монастыри в Иерусалиме, Синае, Константинополе, Салониках и Болгарии, где совместно переводились и писались славянские сочинения, например “Пролог”.
После подпадения Руси под татаро-монгольское иго некоторые представители русского духовенства и культуры нашли убежище в Болгарии, которая к тому времени успела восстановить свою государственность – в 1186 году возникло Второе болгарское царство. Это была эпоха культурного подъема Болгарии, особенно ярко проявившегося в ХІV веке, когда решающую роль в развитии духовной жизни страны играла Тырновская литературная школа. Она развивала свою деятельность в Килифаревском мовнастыре и монастыре Святой Троицы близ Тырново. Ее наиболее видными представителями были Феодосий Тырновский, Евфимий Тырновский, Киприан, Григорий Цамблак, Константин Костенецкий, Иоаким Осоговский, Гавриил Лесновский и другие. Традиции староболгарской литературы развивались в таких монастырях, как Рыльский и Бачковский. После победы Дмитрия Донского на Куликовом поле из Болгарии в Россию полились широким потоком рукописные книги, созданные болгарскими монахами и переводчиками. Русские специалисты называют этот факт “второй волной южнославянского влияния”.
После крушения Болгарского государства под ударами Османской империи в конце ХІV века многие ее выдающиеся деятели нашли убежище в России и сыграли основную роль в ее церковной, общественно-политической и культурной жизни. Так соратник и последователь патриарха Евфимия Тырновского Киприан в 1375 году стал митрополитом Киева, а с 1390 по 1406 гг. – митрополитом Москвы и всея Руси. Киприан принес в Россию богатый опыт и традиции болгарской духовной и литературной школ в подготовке духовенства. Он перевел множество богослужебных книги и в частности “Лествицу”. Создал литературные труды с целью унификации богослужебной практики и написал “Житие Московского митрополита Петра”, ”Службу св. Петру”, “Похвальное слово св. Петру” , положив начало нового этапа в развитии русской житийной литературы. Сумел осуществить разработанную Евфимием Тырновским реформу письменности и языка. Благодаря Киприану на Руси начали писать по-новому, а дря украшения рукописей стали использовать растительные и геометрические орнаменты. Он собирал местные русские летописи и составил общерусский летописный кодекс – один из самых важных источников древнерусской истории. По инициативе Киприана было построено несколько храмов близ Москвы и во Владимирской области. Спустя несколько десятилетий после его захоронения в Успенском соборе Кремля было установлено, что его мощи нетленны. В 1472 году Киприан был канонизирован как русский святой.
Яркий след в духовной жизни России оставил и ученик Евфимия Тырновского Григорий Цамблак, ставший свидетелем жестокой расправы турецкого султана с защитниками Тырново – много болгар было убито, а оставшиеся в живых были превращены в рабов или переселены в Малую Азию. Патриарх Евфимий, руководивший обороной, был заточен в Бачковский монастырь (позднее он был причислен к лику святых).
Прекрасно образованный Григорий Цамблак в 1414 году стал митрополитом Киевским. Он написал множество духовных сочинений (в том числе “Похвальное слово Патриарху Евфимию” и “Похвальное слово митрополиту Киприану”), активно пропагандировал болгарскую литературу , был известным оратором и талантливым просветителем. Благодаря ему русские стали почитать св. Дмитрия Солунского. Григорий Цамблак популяризировал тырновское церковное пение, следы которого сохранились в болгарском распеве, который со своей стороны получил широкое распространение в русской певческой школе и стал основой знаменитого киевско-печерского распева.
Никогда ранее за всю предшествующую семивековую историю Болгария и ее народ не испытывали более тяжелую участь, чем в эпоху османского ига. Завоевание Болгарии сопровождалось смертью десятков тысяч болгар, массовым порабощением, разорением городов и сел, уничтожением тысяч церквей и десятков монастырей, поруганием святынь, вековых традиций и народных обычаев. Чтобы сохранить свою жизнь, достаточно было отказаться от православной веры и принять ислам, и все же многие предпочли смерть перед вероотступничеством. Исламизация была насильственной. Кроме 80 тяжелых видов дани, возложенных на болгарское население, в исторических документах, относящихся к периоду 1395 – 1705 гг., упоминается такая тяжкая повинность, как “кровный налог”. Периодически самые здоровые и красивые мальчики-христиане отнимались у родителей и воспитывались в турецких семьях в Азии, где становились мусульманами. После обучения в специальных военных школах их зачисляли в янычарские корпуса – ударную силу турецкой армии, которая с особенной жестокостью давила сопротивление христиан. Под угрозой оказалось само существование болгар как славянской этнокультурной общности.
Турки называли христианские народы Балкан “рум миллет” (греческий народ) и считали их “неверными”. В результате “священной войны” болгары были обречены на пятивековой гнет. Из всех православных церквей на Балканах уцелела лишь греческая. Болгарская церковь была лишена самостоятельности и превращена в митрополию Константинопольского патриархата. Болгарское духовенство могло занимать только самые низкие посты.
После падения Константинополя в 1543 году порабощенные Османской империей православные народы обращают свой взор к Московской Руси как к единственной силе, способной принести им свободу. Так, венецианский посол в Турции писал в городской сенат в 1567 году, что султан серьезно обеспокоен растущим могуществом русского царя, так как народы Болгарии, Сербии и Греции “очень преданы великому князю, с которым их связывает одна вера, и готовы взять в руки оружие и восстать, чтобы освободиться от турецкого рабства и подчиниться власти князя”.
Наступил период обратного духовного влияния и религиозной поддержки – в этот раз со стороны русских в отношении болгар. С середины пятнадцатого века они оказывают финансовую поддержку православным монастырям и церквам на территории Османской империи, в том числе и болгарским. Известно, что серьезную материальную помощь от русских князей, а позднее и от царей получали все, прибывавшие с рекомендательными письмами от Константинопольского патриарха. Щедрые пожертвования шли на восстановление разрушенных церквей, выкуп пленных, заложенного церковного имущества и церквей, которым угрожало превращение в мечети. Были подарены также множество икон, антиминсы, церковная утварь, богослужебные книги, одежда, обувь и предметы первой необходимости. Серьезную помощь получили Рыльский монастырь (Иван Грозный дал его послам грамоту, разрешавшую сбор помощи по всей Руси), болгарский монастырь Зограф на Афоне, а также монастыри на юго-западных болгарских территориях.
Постепенно расширялось распространение русских книг на болгарской земле. Были принесены жития первых русских святых Бориса и Глеба, Владимира, Феодосия Печорского и оригинальные русские сочинения , такие как “Поклонение игумена Даниила в святом городе Иерусалиме”, “Повесть о падении Царьграда” и пр. В порабощенные болгарские земли с конца ХІV века проникает все большее количество печатных книг (духовная и учебная литература). Исламский фанатизм не разрешал болгарам иметь свою типографию. Русские странствующие монахи тайно передавали в болгарские церкви и монастыри богослужебные книги и таким образом не позволили угаснуть проповеди Слова Божия. Книги привозились из Москвы, Киева, Ярославля, Нежина и русского Афонского монастыря св. Пантелеймона. Печатные книги привозили с собой и предтавители болгарского духовенства, возвращающиеся из России. Пренебрегая запретом турецких властей, русские купцы привозили болгарам не только печатные церковные книги, но и церковную утварь и священнические одежды. В России все более становятся известными имена болгарских мучеников за веру. Так, в 1539 году по поручению Новгородского митрополита Макария, презвитер Илья написал в Пскове житие Георгия Нового Софийского, в котором через описание страданий болгарского мученика рассказывалось о невыносимом положении братьев по вере на Балканах.
В ХVІІ веке началось обучение болгар в Росии, которое с течением времени приобрело массовый характер. Представители болгарской молодежи учились в Киеве, Москве, Санкт-Петербурге, Нежине, Кишиневе, Одессе, Николаеве. Болгарские воспитанники освобождались от платы за обучение и им предоставлялась денежная помощь. По неполным данным до Освобождения Болгарии в России были подготовлены более 800 молодых специалистов, которые как истинные патриоты возвращались на родину и активно участвовали в национально-освободительной борьбе. Большая часть болгарского епископата и интеллигенции получили образование в русских школах.
В истории русско-болгарских отношений особое место занимает эпоха Болгарского возрождения – последние два века турецкого рабства. В ХVІІ веке болгарский вопрос стал составной частью Восточного вопроса, объединяющего три взаимно связанных процесса – распад Османской империи, национально-освободительные движения порабощенных ею народов и борьба европейских государств за турецкое наследство. Россия также активно включилась в решение Восточного вопроса, используя дипломатические, политические и военные силы. Одна за другой следуют шесть русско-турецких войн, в которых все более активное участие принимают болгарские добровольцы. Непрерыно вспыхивают восстания на территориях порабощенных славянских народов. Их положение было настолько чудовищным, что в русском обществе высказывалась идея о массовом переселении балканских славян в Россию.
Основной частью национально-освободительной борьбы болгарского народа стала борьба за церковную независимость.
Константинопольский патриархат проводил активную “эллинизацию” Болгарской церкви – архиепископами и епископами назначались преимущественно греки, из церкви и школ выдавливался церковнославянский язык, уничтожались славянские книги и рукописи. В начале ХІХ века в болгарских городах практически не осталось церквей, где богослужение совершалось бы на церковнославянском. Вследствие этого известная часть болгар отошла от православной веры, приняла ислам, перешла в католичество, протестантство и сектантство. К середине ХІХ века глухое сопротивление болгар приняло более активную форму – они требовали совершать богослужения на церковнославянском языке, перестать препятствовать открытию новых болгарских школ, назначать в болгарские эпархии болгарских владык. Был поставлен вопрос и о восстановлении автокефалии Болгарской церкви и возвращении ей ее патриаршеского достоинства. Когда Константинопольский патриархат отказался сделать это, болгары перешли к открытому неповиновению и епископат самостоятельно провозгласил свою церковную независимость. Под давлением России в 1870 г. султанским указом была учреждена Болгарская экзархия, юрисдикция которой распространялясь на населенную болгарами территорию.В разработке проекта автономии Болгарской церкви активное участие принял русский посол в Константинополе граф Н. П. Игнатьев, прекрасно понимающий, что в границах Болгарской церкви видится силуэт болгарского государства. “Своими собственными руками – отмечал он, – я построил мост для политической независимости болгар”. Первым духовным главой Болгарскиой экзархии был выбран Видинский митрополит Анфим І, воспитанник Московской духовной академии.
Создание церковной области, имеющей границы и название “Болгария”, стало шагом к политической независимости. Болгарская борьба с поработителями все чаще приобретала характер войны между двумя враждующими нациями. Россия последовательно защищала идею независимости славянских народов, в то время как европейские государства всяческим образом старались гальванизировать Османскую империю. Оказывали ей финансовую помощь, посылали военных консультантов, проявляя поразительное равнодушие к фактам бесчеловечных истязаний и убийств тысяч славян. Более того, цивилизованная Европа открыто защищала право турок использовать силу и убивать славян в ответ на их восстания. Римский папа Пий ІХ открыто встал на сторону Турции. Посол Франции в Константинополе, позднее министр иностранных дел маркиз де Мусте заявлял: “Не все народы могут в равной степени претендовать на право самостоятельного существования. Они должны предоставить свои основания для этого – свою роль в истории, гомогенность населения, силу, единство. Всех этих условий нет у христианского населения Турции…” Министр иностранных дел Австрии, граф Андраши, не скрывал, что Австрия заинтересована, чтобы “эти народы были поглощены”.
После бесплодных попыток заставить Турцию мирным путем изменить положение подвластных ей славянских народов, 12/24 апреля 1877 г. император Александр Второй подписал манифест об объявлении войны Турции, в котором говорилось: “Христиане Болгарии! Вы сейчас переживаете дни, приснопамятные для вас. Наступил час вашего освобождения от бесправного мусульманского гнета”. Святейший Синод Русской церкви распорядился каждый день возносить молитвы о победе над врагом.
С ”мечом в руках и крестом в душе” пришел русский солдат на Балканы, чтобы освободить своих братьев по вере и возродить их для политической жизни, следуя завету: “Нет любви большей чем положить душу свою за друзей своих”.
Русское общество в едином порыве поддержало освободительную войну и начало массово собирать средства на военные нужды. Многие пошли добровольцами на фронт, а девушки-дворянки стали санитарками на передовой. В женских монастырях создавались отряды сестер милосердия для военных лазаретов а в мужских – монашествующие и послушники становились санитарами. Святейший Синод призвал епархиальных архиереев предоставить все мужские монастыри, расположенные на железнодорожных линиях, местным органам Красного креста для военных больниц. И на боевых полях, и в военных больницах, и в полевых лазаретах представители русского духовенства с честью выполняли свой пастырский долг.
По призыву Святейшего Синода вся церковная общественность России (духовные организации, монастыри, православные братства, церковно-приходские попечительства, различные благотворительные организации) торопились внести свою лепту в борьбу за освобождение славянских народов. К концу войны подаренные народом средства составляли 14 миллионов рублей. Как писал Ф.М.Достевский, в стране развернулось “движение, которое почти не может наблюдаться у других народов по причине своей самоотверженности, бескорыстия и благоговейной религиозной жажды пострадать за правое дело”.
В состав русской Дунайской армии было включено и болгарское ополчение, состоящее из 12 отрядов общей численностью 10 тыс. человек во главе с генералом Н. Г. Столетовым, будущим героем Шипки и Плевена. Между ополченцами были и представители болгарского духовенства. Многие болгарские монастыри были превращены в лазареты, склады для продовольствия и боеприпасов для воинов-освободителей.
Женский монастырь Введения Богородицы, построенный при активном участии России в г. Казанлыке в начале ХІХ века, стал местом жестокой расправы турок с монахинями и укрывшимися там мирными жителями – за один день там были убиты три тысячи человек за то, что встретили хлебом и солью донских казаков генерала Гурко.
7 мая 1877 г. в военном лагере в румынком городе Плоешти делегация жителей Самары вручила ополченцам знамя, которое в течение трех дней перед этим было положено для освящения – и поклонения москвичам – на мощи Московского митрополита, святителя Алексея, в Чудовском монастыре. Чудотворец-целитель митрополит Алексей, собеседник и друг преподобного Сергия Радонежского и основатель Самары, был пра-родственником графа Игнатьева. На знамени были озображены лики Божией Матери и святых равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия. Золотом была вышита надпись: “Да воскреснет Бог и расточатся врази Его”.
Шелковое знамя вручную сшили монахини самарского женского монастыря Иверской иконы Божией Матери по образцу оригинального рисунка местного художника Н.Е. Симакова. Лик Богородицы создала супруга П. В. Алабина, статского советника и представителя Славянского благотворительного общества в Болгарии, будущего губернатора освобожденной Софии. Под сенью Самарского знамени с ликом Богородицы и славянских первоучителей сыновья обоих православных народов проявили чудеса храбрости и невиданного героизма.
В письме с фронта от 10 июля 1877 г. граф Игнатьев писал своей жене: “Отец Никольский отслужил обедню в болгарской церкви. Первую русскую обедню при русском императоре на болгарской земле, очищенной от турок! Мы возвращаем свой долг родине просветителей Кирилла и Мефодия!”
Война увенчалась победой. 19 февраля – день когда Российский император взошел на престол, в маленьком городке на берегу Мраморного моря по имени Сан Стефано граф Игнатьев по праву страны-победительницы подписал мирный договор с Турцией. На частях побежденной империи возникли новые славянские государства. Болгария стала вассальным княжеством, связанным с Турцией только платой налогов. В тот же день императору Александру Второму было отправлено письмо, подписанное 567 представителями церковной общественности и болгарского духовенства во главе с Софийским митрополитом Мелетием, в котором подчеркивалось, что сбылась вековая надежда болгарского народа –“ Солнце освобождения воссияло из православной России”.
Все духовное богатство, которое пришло из Болгарии в русскую земли, было сохранено и приумножено русским народом. В книгохранилищах России уцелели списки и оригинальные книги староболгарской литературы, уничтоженные в порабощенной Болгарии. Болгарские историки создавали свои труды, используя чаще всего русские источники. Так Паисий Хилендарский при написании своей знаменитой “Истории славяно-болгарской для народа и царей” (1762 г.), использовал русские переводы соченений Цезаря Верония и Мавро Орбини, а также труды Дмитрия Ростовского и “Синопсис” – первую русскую печатную историю от 1674 г.
Книги архиепископо Филарета Черниговского, Е. Голубинского и других русских богословов сохранили бесценные сведения об истории Болгарской церкви, а также имена болгарских святых периода турецкого владычества. Русские ученые-слависты Ю.И. Венелин, В. И. Григорович, О. М. Бодянский и многие другие создали ценные труды по болгарской истории, литературе, языку и культуре. После Освобождения Болгарии первая государственная библиотека с музеем, основанная по предложению софийского губернатора Алабина, быстро разрасталась с помощью книг и средств, предоставленных славянскими комитетами в России.
В болгарских храмах пользовались русскими богослужебными книгами, написанные на церковнославянском языке, который усиленно изучался и обогащался в России. Этот язык повлиял на развитие болгарского литературного языка. По церковным книгам, доставленным из России, болгары учились грамоте в многочисленных школах при монастырях и церквах.
В русских церковно-певческих книгах сохранились мелодии болгарской школы, которые были уничтожены в Болгарии. И эти книги вернулись на болгарскую землю, а вместе с ними и великолепные музыкальные произведения духовной музыки, созданные талантливыми русскими композиторами – Бортнянским, Турчаниновым, Львовым, хоровыми обработками болгарских напевов Гречаниновым, Чесноковым и пр.
Правительство России уделяло большое внимание возрождению Болгарской церкви и укреплению ее авторитета в болгарском обществе. Духовные училища в Самокове и Лясковце были превращены в семинарии. Там ученикам преподавали болгарские священники, получившие образование в русских духовных академиях. Выделялись и специальные средства для улучшения мателриального положения болгарского духовенства. Поддерживались священнические братства, которые создавались для содействия образованию местного духовенства, улучшения церковного богослужения и религиозного просвещения народа.
Серьезной заботой русских властей было содействие восстановлению разрушенных церквей, которых в Болгарии насчитывалось около 400. Как отмечал в июле 1878 г. П. В. Алабин, многие церкви были в “жалком состоянии” и не имели “подобающего вида храма Божьего”. Местным церквам за счет государства и на пожертвования, собранные славянскими комитетами в России, выдавались деньги, покупались, книги, церковная утварь, священнические одежды, колокола.
Видимым воплощением духовных связей между русским и болгарским народами и молитвенного единения обеих православных церквей стало строительство Русской церкви в Софии. | “Нова Зора”
