
«Софийским барометром» называют жители болгарской столицы хребет Витоша, что выгнул свою огромную синеватую спину к юго-западу от города. Стоит только шапке Витоши зябко укутаться в хмурые облака, как Софию покрывает густая сетка дождя. Если же вершины четко вырисовываются на фоне неба — смело шагай на стадион, собирайся в туристский поход, отправляйся за город. Можешь не сомневаться — попутчиком тебе будет яркое солнце.

Славянское ярило сияло и в тот воскресный день, когда на вертком «газике» мы вместе с друзьями решили отправиться на Витошу. Название это, по-болгарски ласковое, относится к целому горному массиву, высшая точка которого — пик Черный Верх — поднялась на две с лишним тысячи метров.
Машина выбралась из зеленого лабиринта благоухающих софийских пригородов и, набрав скорость, помчалась к подошве Витоши. Мелькнули придорожные виноградники. Колеса, проглотив последние метры городского асфальта, запрыгали по известняковым плитам — началась горная дорога. С каждым метром все круче подъем, все заунывней поет мотор. Теплый, пахнущий пылью и душистыми травами ветер бьет в стекла.

Чем выше, тем оживленней дорога. Разбившись на стайки, старательно крутят педали велосипедисты. Огромные рюкзаки, навьюченные на них, кажется, делают еще более хрупкой стальную конструкцию двухколесных коней. Нет-нет да вынырнет с ревом откуда-то сзади мотоцикл и, обогнав нас, исчезнет за поворотом. Но больше всего на горной дороге пешеходов: молодые люди, к вещевым мешкам которых «приторочена» верная спутница туристских походов — гитара; целые семьи — с семилетними внучатами шаг в шаг идут седобородые деды, облаченные в короткие штанишки. Цепочка туристов растянулась от подножья до первого базового лагеря.
Наш спутник, черноглазый загорелый спортсмен Василь, прикрывшись рукой от встречного ветра, прокричал: — Это наш заоблачный стадион. Каждое воскресенье здесь отдыхают пятьдесят, а то и все сто тысяч софийцев!

Первый же горный бивак подтвердил его слова. Дорога вдруг уперлась в небольшое плато, окруженное громадами дубов и буков. Тысячи людей расположились здесь отдохнуть после долгого восхождения. Плато напоминало не то яркую, шумную ярмарку, не то автомобильную стоянку возле стадиона в день большого футбола. Гомон, смех, крики торговцев «сладколедом» — мороженым, пронзительное верещанье карамельных свистулек, которым привлекают внимание продавцы лимонада. — все сливается в веселый шум. Легким облаком над «ярмаркой» повис седой горьковатый дымок; на глинобитных печках, прямо под открытым небом жарится, подпрыгивая на сковородах, кебабчета — блюдо, похожее на кавказский люля-кебаб.
Здесь можно, надышавшись чудесным горным воздухом, сладко поспать на лужайке; можно помыть автомобиль; напиться из ледяного, чистого, как хрусталь, родника; съесть горячий обед или выпить ароматного черного кофе.
Автомашины сбились в плотную стаю — здесь закончилось их «восхождение». Мы двигаемся дальше пешком. Прямо за биваком начался знаменитый Златни мостове (Золотой мост) — нагромождение валунов, которые когда-то стащил по ложбине силач-ледник. Словно панцири гигантских черепах, поблескивают отшлифованные временем глыбы. Глазам больно — так сильно отражается от валунов золотой солнечный поток. На спинах камней обосновались загорающие и фотолюбители.
Словно по огромной шахматной доске, где можно передвигать фигуры только вправо, влево, прямо и назад, мы двинулись по ложбине. Приходится мгновенно, как в цейтноте, решать, на какой валун прыгнуть. Только перескочишь, а уже слышишь, как за спиной горячо дышит настигающий тебя спутник.

Еще полчаса восхождения, и за деревьями послышался лай собак, гулкие удары по мячу. Мы вышли к новому биваку. На большой площадке перед двухэтажным зданием, сложенным из грубых, скрепленных известкой каменных глыб, три парня уже разбивали палатку под неусыпным оком придирчивых судей с секундомерами. Это место — хижа Фонфон — надежный приют для туристов: с нарами для ночлега, большой столовой, читальней. На выцветшем от солнца кумаче надпись: «Изучи Родину, чтобы ее полюбить». Слова эти принадлежат Алеко Константинову, видному писателю Болгарии прошлого столетия, большому поборнику русско-болгарской дружбы. Между прочим, Константинов — первый человек, поднявшийся на Витошу и положивший начало народному туризму.
Рядом с хижей Фонфон стоит точно сошедшая со страниц сказки берестяная избушка. Она сделана энтузиастами-туристами без единого гвоздя. Здесь путника ждет ужин, свежая постель.
Как большой физкультурный фестиваль, проходит на Витоше каждый воскресный день. И взрослые и дети на целую неделю запасаются «зарядом бодрости».
Уже в сумерках мы двинулись к Софии. В последний раз со скалы Копыто полюбовались софийскими огнями. Словно подмигивая нам, огоньки поочередно гасли. Люди рано ложатся спать, чтобы с первыми лучами солнца встать к станку, сесть за парту.

Журнал «Вокруг света». Апрель 1961г.